Борис Годунов
ЖЕЛЕЗО ВНУТРИ, ЖЕЛЕЗО СНАРУЖИ!
И еще - что-то как-то решил я все-таки свою писанину держать еще и тут. Так что...

HMS Enterprise, времена Арчера

Даже в рутинном патрульном рейде – вернее, особенно в таком рейде – экипаж не должен расслабляться. А лучшее средство для того, чтобы команда оставалась в тонусе – внезапные капитанские инспекции…
- Коммандер Т'Пол?
- Да, сэр?
- Как ваша нога?
- Неплохо, хотя хромота еще не прошла. Но она мне почти не мешает.
- Тогда, возможно, вы захотите составить мне компанию во время инспекции,
коммандер?
- С удовольствием, капитан.
Арчер встал и протянул своему первому помощнику руку. Вулканка с благодарностью приняла помощь – раны, полученные в Ромуланском крестовом походе, давали о себе знать – и двинулась вслед за командиром, постукивая по палубе эбеновой тростью.
Первой жертвой инспекции стал, по какой-то прихоти капитана, камбуз. Не обнаружив ничего предосудительного, капитан и старпом посетили столовую – пустую в это время дня – и направились к носовому сенсорному посту. По дороге офицеры внимательно изучили коридор и даже заглянули в пару кают – но и здесь все содержалось в полном порядке. Даже вечно барахливший интерком, неисправности которого отчаявшийся что-либо понять Такер сваливал на гремлина – и тот работал, как часы.
- Похоже, гремлина удалось задобрить, - с некоторым удивлением заметил Арчер, отпуская кнопку вызова.
- Логичнее предположить, что коммандер Такер все-таки обнаружил неисправность, -ответила на это Т’Пол.
- Боюсь, коммандер, вы так и не понимаете юмора, - вздохнул капитан, открывая дверь поста.
Энсин Гейла, вахтенный офицер отсека, была занята исключительно важным делом – красила ногти, одним глазом присматривая за операторами и аппаратурой, и визит начальства застал ее врасплох. Услышав шипение открывшейся двери, она обернулась – и буквально подскочила.
- Сэр, мэм…
- Отставить. Энсин Гейла, - Т’Пол указала на орионку тростью, - позволю себе спросить: что вы делаете?
Отпираться Гейла не стала – знала, насколько это бесполезно:
- Крашу ногти, мэм. И при этом наблюдаю за показаниями сенсоров. За время с последнего доклада обстановка изменилась незначительно, данные для дополнительного доклада отсутствуют. – отдавать честь с флаконом лака в руке энсин не рискнула, но вытянулась по стойке «смирно».
- Хорошо… - Арчер жестом разрешил девушке садиться, - впредь, энсин, будьте добры заботу о своей внешности отложить на время, свободное от вахты. Пока что – устное замечание. Вам понятно?
- Так точно, сэр.
В коридоре Т'Пол поинтересовалась:
- Вы действительно полагаете, что она следила за сенсорами?
- А почему бы и нет? К тому же, там еще четыре оператора – вряд ли бы они все пропустили какой-то сигнал. А наказывать за столь ничтожные проступки не стоит – это только озлобит людей, но дисциплину не повысит.
- Капитан, вы говорите это уже в сто семнадцатый раз за время нашего знакомства, и я позволю себе заметить, что никогда с вами не спорила. Более того, я нахожу ваше мнение
вполне логичным.
- Жаль, некоторые капитаны в Имперском Флоте с вами не согласны… - проворчал Арчер, направляясь к следующей цели.
На посту наведения, как всегда, было довольно прохладно. Вахтенные сидели за пультами наведения и, поскольку готовность не была объявлена, заняты были в основном разговорами. В центре же отсека на своем «троне» восседал лейтенант Малькольм Рид и точил шпагу, время от времени напоминая подчиненным: «Я все вижу».
- Идиллическая картина, - вздохнул Арчер, - не будем ее портить.
Капитан и старпом покинули отсек, оставшись незамеченными всеми, кроме Рида.
Малькольм покосился на удаляющееся начальство, затем на подчиненных и снова принялся за шпагу.
Последней целью в этом обходе стал инженерный отсек. На приход капитана и старпома внимания здесь не обратили – все были заняты. Большая часть вахты во главе с сами
Такером собралась вокруг разложенного верстака и копалась в лежащем на нем полуразобранном инжекторе. Несколько секунд Арчер изучал эту картину молча, затем поинтересовался:
- Трип, что вы тут делаете?
- Мелкий ремонт и модернизация, сэр, - отозвался главный инженер «Энтерпрайза», - хочу расточить рабочие каналы инжекторов и поставить новые фокусирующие катушки с большим напряжением. Скорости это нам сильно не прибавит, но мощность реактора поднимем процентов на двадцать.
- А что со скоростью?
- Добьемся только крейсерской варп-пять, а максимальная не повысится. С нашим ядром больше варп-шесть не выжать.
- Возможна ли модернизация ядра? – вмешалась в разговор вулканка.
- Только на верфи, - немедленно ответил Трип, - да и то, я не уверен, что это получится. Надо будет заменить все варп-катушки на более мощные, а для этого придется
переделывать корпуса обеих гондол. Проще будет поставить новые, но могут не справиться фидеры… Ну и так далее. Придется менять чуть ли не всю двигательную систему. Семь-восемь месяцев на «Гефесте» - и это еще довольно оптимистично, -инженер снова уткнулся в бинокулярную лупу.
- Да, коммандер! – крикнул он вслед капитану и Т’Пол, - не составите компанию за
обедом?
- Возможно, - отозвалась вулканка.
- Поверить не могу… - пробормотал кто-то. Трип свирепо уставился на провинившегося и вернулся к работе.

- Поздравляю, коммандер, вы все-таки наладили этот интерком, - Т'Пол поставила тарелку на стол и уселась напротив Такера, - как вам это удалось?
- Ну, я решил промыть контакты спиртом – и помогло, хотя непохоже, чтобы они загрязнились…
- Логично предположить, что пары спирта благотворно повлияли на гремлина.
- Наверное, - пожал плечами Трип, в отличие от капитана, знакомый с юмором вулканки, - кстати, почему мы сменили курс?
- Командование прислало капитану какое-то секретное задание. Единственное, что мне известно – мы направляемся к Вулкану.
- Где будет жарче, чем обычно, - неожиданно раздался за спиной Трипа голос, - не возражаете, если я к вам присоединюсь?
Инженер резко обернулся. Позади него стоял вулканец в форме МАКО с погонами первого лейтенанта. И вулканец довольно необычный – с длинными волосами, заплетенными в какую-то сложную косу и с мечом на поясе.
- Садись, - каким-то странным голосом произнесла Т'Пол, явственно ошеломленная, а затем представила гостя:
- Сувок, сын Т'Лес из Дома Хантар. Мой младший брат.
- Забыла добавить: «весьма странный», - хмыкнул Сувок, устраиваясь за столом, - да, так вот, о Вулкане: В'Лас поднял мятеж.
- Наместник? – хором выдохнули Т’Пол и Трип, одинаково шокированные новостью.
- Да. Просто великолепно – Наместник оказался главой сепаратистов. Т’Пау и ее людям пришлось бежать, если верить курьеру, они скрываются в Горниле, а мы идем им на помощь.
- Значит, Наместник… - Т’Пол едва не шипела, - я убью его. Сама. Пусть он даже первый мечник Вулкана…
- Второй, - поправил сестру Сувок, - поэтому ты на планете не должна появляться. Ты ему не соперник.
Ошеломленный Такер переводил взгляд с брата на сестру – такими он вулканцев не видел никогда. Куда только девалась их знаменитое самообладание – оба выглядели так, словно готовы убить первого встречного голыми руками.
- Т’Пол, да что с тобой? – спросил он, но ответил Сувок:
- Сепаратисты убили нашу мать, коммандер. И мы поклялись им отомстить…
- Вот не знал, что у вулканцев бывает кровная месть..
- Ты многого не знаешь, Трип Такер, - Т’Пол, наконец, успокоилась и принялась за еду.
- Да, ты сказал, что В’Лес – второй. Кто же тогда первый?
- Я, - спокойно, без тени хвастовства ответил Сувок.
Воцарилось молчание, затем Т'Пол спросила:
- Как ты вообще здесь оказался? Твоя рота ведь на «Дискавери».
- Старый командир ушел на повышение, я по недостатку выслуги остался заместителем, а с новым ротным у нас отношения не сложились, - пожал плечами лейтенант, - я высадился на Неогее, а потом меня направили к вам.
- Он действительно весьма странный вулканец, - признал Такер, когда Сувок ушел.
- Да, - кивнула Т'Пол, - и он всегда был таким. Хотя это, в значительной степени, маска –
большинство людей недооценивает его. А это очень опасно…
- А меч?
- Это меч Дома Хантар, наша реликвия. Сувок не расстается с ним со дня смерти матери.
- Фамильный меч? Вы не могли бы рассказать подробнее?
- Расскажу, конечно, но позже. Сейчас мы должны быть на своих постах.

На Вулкане действительно было жарко. Это стало ясно еще на подходе, когда «Энтерпрайз» в шести миллионах километров от планеты был атакован кораблем мятежников. Впрочем, из-за неудачного вектора атаки противник успел выпустить всего одну торпеду прежде, чем вылетел из зоны ведения огня и попал под огонь лоялистов. Мэйнвизер, не дожидаясь команды, вошел в боевой разворот, и погонные торпедные аппараты дали первый залп.
Расчищая путь торпедами и фазерными залпами, «Энтерпрайз» мчался к планете, а в транспортаторной уже готовилась к спуску ударная группа МАКО – два отделения в штурмовой броне и с тяжелым оружием. И с ними – командир второго взвода первый лейтенант Сувок.
- Транспортаторная – мостику. Мы готовы.
- Входим в зону действия транспортатора через две минуты сорок секунд. Береги себя, брат.
- Служи Империи сегодня – завтра ты можешь умереть.
- Мостик – транспортаторной. Вошли в зону.
- Принято. Начинаем высадку.

На высадку всей десантной роты «Энтерпрайза» ушли считанные минуты. Девяносто солдат и два шаттла – не бог весть какие силы, но в нужном месте и в нужное время они
могут многое…
Рота высадилась в тылу занимавших столицу отрядов сепаратистов и немедленно атаковала. Две осколочных гранаты изрядно проредили защитников баррикады, а фугасная проделала в ней изрядную брешь. Уцелевшие мятежники переключили внимание на новую угрозу – и обнаружили прямо перед собой два десятка штурмовиков, закованных в броню, с поднятыми на плечо трубами гранатометов. Воспользовавшись заминкой, лоялисты покинули укрытия и открыли огонь. Предложение Сувока – капитуляция – по этой причине было принято без возражений.
Пока солдаты Советника Т'Пау разбирали баррикаду, Сувок во главе своего взвода двинулся к центру города. Штурм его не интересовал – не за тем он вернулся на родную планету. Ему нужна только одна жизнь, и он заберет ее…
Здесь было относительно тихо. Пару раз взвод столкнулся с небольшими группами повстанцев, которые , впрочем, не рвались в бой, однажды сержант Нейл засек в окне снайпера, но тот не стал стрелять, разглядев косу Сувока. Так, никем не остановленные, они достигли резиденции Наместника. Охрана у входа немедленно вскинула оружие, но воспользоваться им не успела – выстрел из гранатомета снес дверь, засыпав все вокруг осколками, щепками и битым камнем.
- Вперед! – Сувок обнажил меч, - зачистить здание! Ты и ты - клинок указал на двоих десантников, - идете со мной. В командный центр. За В'Ласом.
Ошеломленная вторжением, охрана не оказывала сколь-нибудь серьезного сопротивления - связь сразу же была выведена из строя, а Сувок двигался слишком быстро. И слишком хорошо знал планировку резиденции, так что вскоре достиг командного центра. Три ручных гранаты очистили коридор от охраны, выстрел одного из штурмовиков сорвал с петель дверь – и Сувок, вскинув меч, крикнул сорвавшимся со своих мест мятежникам:
- Стойте! Я пришел за кровью одного! В’Лас, я пришел за тобой, убийца Т’Лес из Дома Хантар.
- Не я убил ее, предатель.
- Твои люди по твоему приказу, В'Лас. И один из нас не уйдет отсюда.
Бывший Наместник замер. Он явно не ожидал формального вызова на поединок, и теперь лихорадочно искал выход из положения. Сувок спокойно ждал, не опуская оружия.
Наконец, спустя минуту, В’Лас ответил:
- Да будет так, - и обнажил свой меч.
Клинки с резким звоном столкнулись. На стороне В'Ласа был опыт многих десятков поединков, но для него, как и для большинства вулканцев, это было всегда не более, чем искусством, своего рода гимнастикой. И уж точно ему не приходилось, в отличие от Сувока, доверять холодному оружию свою жизнь. Тем не менее, противники друг друга стоили, и воздух между ними заполнился стальной круговертью. Все внимание вулканцев было приковано к дуэлянтам, и когда они обнаружили, что все выходы перекрыты и отступать некуда, было уже поздно. После этого их оказалось несложно убедить в том, что логичнее всего было бы сдаться…
Поединок, между тем, продолжался, и В’Лас начал уставать. На какую-то долю секунды он сбился с ритма, и этого оказалось вполне достаточно, чтобы острие меча Сувока вонзилось ему в горло…

Дальнейшее не заняло много времени. Узнав о том, что лидер убит, большинство сепаратистов сложило оружие (за что в последствии были помилованы), а отдельные группы не признавших поражения были быстро уничтожены или рассеяны. Флот пострадал серьезнее – восемь кораблей были полностью уничтожены и примерно столько же скрылись в неизвестном направлении – то есть, почти наверняка, бежали к ромуланцам.
«Энтерпрайз», дожидаясь прибытия войсковых транспортов и новой администрации, принимал десант. Ушедшая с мостика Т'Пол стояла в транспортаторной, стараясь не мешать ни операторам, ни солдатам и ждала. И дождалась, - брат поднялся на корабль одним из последних.
- Вот и все, сестра, - негромко сказал он, бросив на палубу отрезанную косу, - дело сделано…

Отдых... Подзабытое слово и почти забытая вещь. Ромуланцы упорны, и война идет с переменным успехом, заставляя противников выкладываться до конца.
И, тем не менее, они получили несколько дней отдыха. Пока ''Энтерпрайз'' пополняет запасы и боекомплект, экипаж может спуститься на планету и отдохнуть. Хотя бы и не все...

Каддис, на орбите которой лежал ''Энтерпрайз'', была типичной докосмической планетой в составе Империи. Мир примитивных технологий, отстававший от Терры лет на пятьсот, она служила базой снабжения флота Похода. И она была ближайшей имперской планетой к району действий ''Энтерпрайза'', а потому вся его добыча поступала туда, изрядно пополнив счета экипажа и казну планеты. А поскольку ''Энтерпрайз'' был одним из самых успешных крейсеров, его всегда встречали с распростертыми объятиями...
...В этот раз на планете собралась почти вся команда мостика – кроме капитана – и угодила на вечеринку, затеянную в их честь местным аристократом. Впрочем, назвать это пиршество ''вечеринкой'' значило изрядно преуменьшить его масштаб.
- Вот так и должен выглядеть рай! – объявил энсин Тодор Драганов. Облаченный в трофейный ромуланский кафтан, энсин возлежал за столом, в одной руке держал кубок, а другой обнимал орионку.
- Впрочем, – добавил он тут же, – в раю должна быть кадарка.
- Вполне ожидаемое заявление, – отметила Т'Пол, делившая свое внимание между планшетом с документами и столом с деликатесами, – ты делаешь его о любом алкоголе. И, кстати, тебе причитается еще две тысячи марок.
- За что? – лениво осведомился энсин, запустив руку под юбку орионки.
- Ромуланский эль продан, – сообщила коммандер, отправляя в рот виноградину и покосившись на Трипа. Тот улыбнулся в ответ, положив ладонь на ее бедро. Разговор уходил от корабельных дел...
Тем временем неспешно спустились сумерки. Костер, на котором жарили мясо для пира, прогорел, и теперь слуги разгребали его в настоящий ковер из углей.
- Что, интересно, они делают? – полюбопытствовала Хоши, изучая странные приготовления.
- Представления не имею, – отозвался Рид, – и вряд ли я один.
- Я знаю, – Тодор указал на двух девушек-каддисиек, стоявших по сторонам тускло светящегося кострища, – они будут танцевать.
- При свете углей?
- На углях. Которые достаточно горячи, чтобы поджечь бумагу.
- Как это?
- А вот так.
Обе девушки одновременно шагнули навстречу друг другу. На угли. Сделали несколько шагов, остановились на миг – и начали танец. Стремительные плавные движения, мгновенные остановки на долю секунды, призрачные блики на коже, рокот барабанов...
- Как они это делают? – потрясенно выдохнула Хоши.
- Наверное, дело в том, что у них на ногах толстый слой ороговевшей кожи, – с видом знатока предположил Трэвис.
- Нет, – кивнул Драганов, – дело в умении двигаться. Уж я-то знаю...
- Откуда бы? Ты же здесь впервые.
- Трэвис, друг мой, во Фракии это умеет каждый второй. В моей родной деревне и вовсе почти все – нестинары. И ничего особенного в этом нет.
- Ну, раз в этом нет ничего особенного, – появился из сгущающейся темноты Сувок, – тогда, полагаю, ты нам это продемонстрируешь.
- Да ну, – буркнул фракиец, пойманный на слове, – покажи пехтуре палец...
Что должно было за этим действием последовать, осталось неизвестным. Тодор разулся, закатал брюки до колен и подошел к кострищу. Несколько мгновений он стоял, склонив голову и шепча молитву, а затем шагнул на огненный ковер. Размеренно и неспешно фракиец трижды прошел по углям из конца в конец, перекрестился и сошел с кострища.
Подойдя к столу, он наполнил кубок вином и залпом опустошил его. Затем снова наполнил, устроился на ложе и заявил:
- Убедились? Ни единого ожога, можете проверить.
Естественно, вся компания, включая и орионку, бросилась проверять. Действительно, не считая прилипшего в паре мест пепла, не было никаких следов, словно Драганов и не ходил по раскаленным углям.
- Потрясающе, – выдохнула Хоши, выразив всеобщее настроение.
- То-то же, – энсин отпил вина и снова обнял орионку, – а больше такого никто не умеет. Даже вулканцы.
- На Вулкане подобная практика является одним из ритуалов совершеннолетия, сохраняемых Домами, – заявила Т'Пол. Даже по людским меркам она была навеселе, по вулканским же – просто пьяна. И потому возникшая безумная мысль не осталась просто мыслью...
Сбросив туфли, Т'Пол подошла к углям. Несколько глубоких вдохов, и контроль над эмоциями исчезает. Нет больше ничего, кроме рокота бубнов в руках Старейших Жриц...
Тело вулканки двигалось, подчиняясь этому ритму, следуя лишь рефлексам и превращая сознание в пустоту. Смутные тени плясали в этой пустоте в том же ритме, что и тело, приоткрывая завесу времени...
Воцарилась полная тишина. Все, не отрываясь ни на миг, следили за танцем, слившим воедино первобытную слепую страсть и отточенный разум. Стремительное, почти гипнотизирующее движение, казалось, размывало границы реальности, приоткрывая нечто иное...
Танец оборвался внезапно. Только что вулканка буквально летит по огненному ковру, а спустя удар сердца падает на колени в траву.
Трип немедля рванулся к ней, подхватил на руки и отнес к столу, где устроил поудобнее на ложе и принялся отпаивать ее вином.
- Со мной все в порядке, – Т'Пол приподнялась на локте, отталкивая новый кубок, – довольно вина. Кто там утверждал, что вулканцы на Это не способны?
- Я, мэм, – смущенно откликнулся фракиец, – и вижу, что был неправ. Да и странно это – вулканка – и вдруг такое... Где ж ваш знаменитый контроль?
Вулканка пожала плечами:
- Он не вечен. Все мы теряем его во время пон-фарр, все могут ослабить его, но некоторые могут отключить его в любой момент. Я – могу. И это я и сделала. Понятно?
- Так точно!
- Тогда помолчите. Мне надо прийти в себя, – с этими словами Т'Пол устроила голову на коленях Трипа и закрыла глаза.

Вчерашнее празднетство явно удалось, подумала Т'Пол, оглядывая мостик. Большинство офицеров вид имели довольно бледный, а лицо энсина Сато и вовсе приобрело зеленоватый вулканский оттенок... Сама Т'Пол похмельем не страдала в принципе, и потому в голосе ее слышался намек на неудовольствие. Впрочем, причиной тому было не столько состояние команды, сколько обилие дел. Капитан, наконец, признал необходимость отдыха и отбыл на планету, оставив старпома трудиться за двоих. А еще и похмельный экипаж...
- Что еще? – Т'Пол развернулась к очередному посетителю мостика... И с трудом скрыла удивление. Перед ней стояла вчерашняя орионка, в новеньком мундире с шевронами энсина. Отдав честь, девушка отрапортовала:
- Энсин Гейла, оператор сенсорных систем, прибыла для прохождения службы!
Переведена с планетарного поста по собственному рапорту.
- Ваши документы, энсин, – Т'Пол протянула руку, и орионка отдала свою личную карту. Вставив ее в порт на подлокотнике, старпом приказала:
- Компьютер! Занести в судовую роль энсина Гейлу.
На капитанском мониторе высветилось подтверждение, вулканка извлекла карту и вернула Гейле со словами:
- Оставьте вещи в каюте и ступайте на пост.
Не успела она выйти, как Т'Пол уже отвечала на вызов Такера, доложившего об окончании заправки и начале теста варп-катушек. Стоило отключиться инженеру, как появился Рид, недовольный задержкой баржи с торпедами. Пока она успокаивала артиллериста, принесли накладные на продовольствие. Пока подписывала их и подгоняла транспортников, пришел доклад о прибытии пополнения десанту. Отчеты и доклады текли рекой, четверть экипажа все еще оставалась на планете, а до старта оставалось всего семь часов – и пропасть работы...

Капитан поднялся на корабль последним и сразу же явился на мостик. Выслушал доклад Т'Пол, проверил командные системы и приказал:
- Хоши, вызови диспетчеров.
- Готово.
- Контроль на связи.
- ''Энтерпрайз'' – Контролю. Старт через десять минут. Очистите коридор два-семь-сто пять. Как поняли?
- Контроль – ''Энтерпрайзу''. Вас понял, ложитесь на курс. Коридор свободен.
- Трэвис?
- Подтверждаю.
- Стартуем.
- Есть, капитан.
Каддис остался за кормой. Если рейд пройдет удачно, через несколько месяцев ''Энтерпрайз'' вернется с новыми призами. Ну а если нет... Значит, такова изменчивая крейсерская судьба…

- Ищешь, где нас нет?
- Что-то вроде того, – Т'Пол оторвалась от звездной карты, – собственно, я уже нашла то, что искала.
- Ну-ка… – Трип склонился над ее плечом, изучая экран, – Дельфийская туманность?
Зачем она тебе?
- Я видела ее, – негромко ответила вулканка, – тогда, во время танца. Тени будущего на миг расступились передо мной, и я увидела это...
- А что еще ты увидела?
- Ничего. Будущее меняется каждое мгновение, и лишь неизбежное иногда удается разглядеть из настоящего. Какова бы ни была наша судьба, она приведет нас в Дельфийское пространство.
- То есть, ты не знаешь, что там случится и когда это будет? – уточнил Такер.
- Да. И я нахожу нелогичным беспокоиться из-за неизбежного и бояться возможного.
- Люди вообще нелогичны, – улыбнулся он.
- Тогда не бери в голову, Трип, – улыбнулась в ответ вулканка.

Вырвавшись из варпа, странный, сферической формы корабль открыл огонь. Первый выстрел наискось хлестнул по Флориде, оставив протянувшуюся через всю провинцию полосу разрушения и смерти. Через тридцать две секунды последовал второй выстрел, поразивший джунгли Амазонии. Спустя еще пятнадцать секунд фазеры орбитальной батареи шестнадцать-бис добились трех попаданий, разрушивших корабль агрессора.

Неделю спустя капитан Арчер, стоя в кабинете адмирала Форреста, ломал голову над вопросом: почему «Энтерпрайз» неожиданно задержали на Терре, когда он готовился к походу в зону вторжения.
- Простите мою задержку, капитан, – адмирал стремительно прошагал по кабинету и остановился у стола, – я хотел бы поручить вам задание особой важности. Задание исключительно рискованное, поэтому, если вы откажетесь, это будет встречено с пониманием.
- Какова суть задания?
- Нам стало известно, что зинди строят сверхмощное оружие, прототипом которого был корабль, атаковавший Терру. Вам предстоит найти его и уничтожить.
- Один вопрос, сэр, – Арчер заложил руки за спину, – где находится это оружие?
- Насколько нам известно – в секторе Азати. Проблема в том, что это почти полторы тысячи систем, в основном необитаемых. Вы получите все данные, которыми мы располагаем, но вряд ли это серьезно поможет...
- Я привык полагаться на интуицию, адмирал. Сам я согласен, но, как вы понимаете, должен заручиться согласием своих людей.
- Конечно, капитан. Сообщите мне завтра о своем решении.

Они молчали. Капитан рассказал экипажу все, что знал сам и ждал ответа.
- Капитан, – нарушила, наконец, тишину Т'Пол, – а разве есть иные варианты?
Командование приняло логичное решение.
- Все согласны? – Арчер обвел взглядом собравшихся. Ответом ему было почти синхронное «да».

- Экипаж согласен, – сообщил капитан, входя в кабинет адмирала.
- Зная ваших людей, иного я не ожидал, – Форрест поднялся, протягивая руку, – вы оправдываете доверие императора. А теперь, если не возражаете, приступим к делам.
Выложив на стол карты памяти, адмирал сообщил:
- Здесь – все, что нам удалось выяснить. Возможно, вам удастся извлечь отсюда что-то, что мы просмотрели.
- Благодарю вас, сэр. Позволите задать личный вопрос?
- Спрашивайте.
- Что с капитаном Эрнандес?
- «Колумбия» несколько дней назад исчерпала запасы и сейчас возвращается на Терру. Будет здесь через неделю.
- Спасибо, сэр, – Арчер надел фуражку и отдал честь, – корабль стартует завтра в полдень.

Уснуть в эту ночь он так и не смог и до утра просидел над письмом к Эрике. Первые два варианта Арчер забраковал – один вышел пафосным, второй – жалким, и оба – глупыми. Пришлось сосредоточиться, и с третьей попытки письмо, наконец, было готово. Перечитав его, Арчер мрачно вздохнул. Слишком много шансов, что это – его последние
слова... Нет. Так нельзя... И, прочитав письмо еще раз, он добавил: «Жди меня.»
Закончив с письмом, капитан ушел на галерею. Дома ему более незачем оставаться, а до старта еще много времени... Достаточно, чтобы полюбоваться рассветом.
Над городом разгоралась заря, залив кроваво-алым светом вершины шпилей Аркологии, но над океаном еще царствовала ночь. Где-то там, среди звезд, мчалась «Колумбия», и Арчер, подняв глаза к светлеющему небу, прошептал: « Жди меня, Эрика. Жди меня, и я вернусь.»
Так он и стоял, глядя, как отступает ночь, пока не ожил коммуникатор.
- Капитан, – голос Т'Пол был так же бесстрастен, как и всегда, – пора.
- Жду на галерее, – ответил Арчер, щурясь на появившуюся в небе точку. Точка эта стремительно росла, превратившись сперва в наконечник стрелы, а затем – в шаттл.
Минута – и челнок опускается в нескольких метрах от Арчера.
Едва капитан опустился в кресло, Трэвис поднял шаттл. Город провалился вниз, уменьшаясь и вскоре вовсе исчез из виду. Горизонт отступал все дальше, пока в поле
зрения не появилась вся планета... Выполнив разворот, шаттл скользнул в стыковочный отсек «Энтерпрайза».
Поднявшись на мостик, Арчер приказал включить трансляцию. Хоши кивнула, и капитан заговорил, обращаясь ко всему экипажу:
- Всем вам известна наша цель. Все вы знаете, что поставлено на карту. Я не сомневаюсь в вашей отваге, но знайте: у нас нет права погибнуть, пока не достигнута наша цель. Победа, победа любой ценой – и только тогда наша гибель будет оправдана. Помните об этом, братья и сестры!
Закончив речь, Арчер опустился в кресло, активировал капитанский пульт и приказал:
- Курс на Дельфийскую Туманность, вектор три-семь-ноль-пять-два. Скорость – максимальная.
«Энтерпрайз» покинул орбиту. Несколько минут – и перед кораблем вспыхивает сияние
варп-перехода. На хронометре капитанского пульта – двенадцать часов двенадцать минут...

Земной звездолет мчался сквозь Дельфийское пространство. Один, в стороне от межзвездных трасс, в рейде, бывшем тщательно продуманной авантюрой…

Как и почти каждый вечер, в столовой (заменявшей кают-компанию) собрались все, кто был свободен – пообщаться, сыграть в карты или просто побыть в компании и послушать рассказы ветеранов. В углу под иллюминатором засел Сувок, включил освещение на максимальную яркость и принялся точить меч.
- Слушай, ушастый, - подал голосов кто-то из картежников, - зачем он тебе? Я еще понимаю – шпага при парадном мундире, но это…
- Дьямбаттиста Бартоли, - Сувок даже не взглянул на болтуна, - разве не ваш бог сказал: продай одежду свою и купи меч? Вообще же, ты задал нелогичный вопрос, ведь вы, люди – единственные кроме нас, кто помнит что меч народа – его честь и сила. Разве не вы идете по Вселенной с мечом и словом? Ты думаешь, корсиканец, твоя шпага – всего лишь украшение? Ты ошибаешься. Это твоя душа, и не только твоя, но всей Терры.
- А все-таки, что это за меч? – сержант-корсиканец даже отложил карты, так заинтересовали его слова командира.
- Расскажи им, брат, - неожиданно подала голос Т’Пол, отворачиваясь от иллюминатора, - пусть знают.
- Почему бы не рассказать тебе? Ты все-таки старшая сестра…
- Логичнее рассказать тебе, поскольку ты знаешь историю лучше и к тому же превосходишь меня как рассказчик.
- Хорошо… Это меч Дома Хантар, и, в отличие от многих других домов, он не стал семейной реликвией, наследием полумифических времен. Это настоящее оружие, и клинок его столь же остр, как и в дни Сурака, - вулканец говорил, ни на секунду не останавливая своей работы, - но и Сурак не первый, кому служил этот меч.
Помолчав, лейтенант продолжил рассказ:
- Все началось четыре тысячи лет назад, когда Хантар, капитан одной из рот городского ополчения, решил сделать новый меч. Тигель, в котором варили сталь для него, сам собой раскололся, и кузнец объявил, что это предвещает великую славу мечу и великие беды городу. Что ж, он угадал… Вскоре на город напали и разорили его. Многие жители были убиты, но Хантар и его рота не только спасли большую часть горожан, но и сумели обратить нападавших в бегство. Город, однако, был разрушен, а поля сожжены, и Хантар решил увести выживших в соседний город, состоявший с ними в союзе. Это был тяжелый даже для вулканца поход, но Хантару удалось не потерять никого из своих людей.
Правитель города был поражен этим походом и призвал Хантара к себе, чтобы расспросить об этом. Тогда он поразился не только его доблести, но скромности, справедливости и благочестию и даровал ему титул Защитника – то есть командующего всеми войсками города и союзников и своего военного советника, а при нужде и регента.
Иной на его месте наверняка бы возгордился, но Хантар долгие годы служил своему правителю верой и правдой, и так же служили потом его дети и внуки. Так и жил Дом Хантар, окруженный заслуженными славой и почетом, и меч этот переходил от отца к сыну, а иногда и к дочери, и не бывало года, чтобы он не проливал кровь… Кто бы ни брал этот меч, но, если он не был из Дома Хантар, то он был ему не по руке. Напротив, любому вулканцу из дома, как бы ни различались они сложением, меч идеально ложился в руку. Всем это и до сих пор кажется удивительным… В'Рес, ты не веришь мне? Можешь убедиться сам.
Сувок прекратил точить меч и протянул его подошедшему соотечественнику. В’Рес осторожно взял оружие, поднял его, покачал в вытянутой руке и вернул владельцу.
- Это правда, - сказал он, - меч действительно неудобен, но я видел, как им владеет Сувок…
Лейтенант молча забрал свой мечи снова принялся его точить. Некоторое время спустя он вновь заговорил:
- Шли века. Вулкан устал от крови, и идеи Сурака стали набирать популярность. Однако нападение пиратов вновь заставило вулканцев взяться за оружие, и Дом Хантар, как и прежде, покрыл себя славой на поле боя. А после изгнания пришельцев С’Таск, когда-то бывший учеником Сурака, обвинил своего учителя в тирании и бросил свои войска против его последователей. Никто не ожидал подобного, и никто, кроме Вариса из Дома Хантар, не готовился к битве. Он же, узнав о замыслах С'Таска и о том, что он послал одного из своих воинов убить Сурака, явился к последнему, чтобы защитить его. Когда он пришел, нападение уже произошло, и Сурак был ранен, а его брат – убит. Варис напал на убийцу и поразил его своим мечом, при этом увидев, что убил свою сестру. Умирая, она спросила его: «Брат, почему ты сделал это?», и Варис ответил: «Потому, что защищал живых и мстил за мертвых». Эти слова – «Убивай ради защиты живых и в отмщение за мертвых» - он потом выгравировал на клинке, и они стали девизом Дома…
Так началась война, позже названная Расколом. Варис командовал всеми силами Сурака и нередко сам возглавлял атаки – и всегда одерживал победу, оставаясь неуязвимым. Вулканцы способны к телепатии, но его сила превосходила все, что нам известно и, как многие считали, сила его была связана с его мечом. Так это было или нет – неведомо, но всякий раз, когда он, подняв меч, возглавлял атаку, врагов охватывал ужас, и те немногие пули, что осмеливались выпустить в него, не причиняли никакого вреда, сам же Варис со своим мечом был непобедим. В последнем сражении у стен Ши’Кхара – уже после гибели Сурака – Варис вызвал С'Тарка на поединок, и тот принял вызов. Рассказывают, что они сражались с рассвета и до заката, но в итоге С'Тарк был ранен и бежал с Вулкана со всеми своими людьми.
Варис же созвал совет вождей Домов, правителей городов, полководцев и мудрецов, и заставил их поклясться на своем мече, что они оставят междоусобицы и будут следовать учению Сурака – отныне и вечно, сам же, оставив власть, оставил за собой лишь звание Хранителя учения – звание почетное, но не дававшее никакой власти, ибо оно лишь
говорило об уважении народа к нему.
Шли годы, вулканцы осваивали космос, но и в мирные дни меч Дома Хантар не пребывал в бездействии. Немало капитанов принадлежало к нашему Дому, и меч этот был знаком того, что Вулкан по праву владеет звездами…
Мы обнаружили на одной из периферийных планет примитивную, но очень быстро развивающуюся гуманоидную цивилизацию, и некоторое время следили за ней. Они напоминали нас прежних, но их развитие казалось невероятно быстрым, и спустя всего лишь век после открытия их технологии достигли такого уровня, что наши корабли оказались под угрозой обнаружения. Тогда же мы столкнулись с андорианцами, и началась долгая, длившаяся больше века война. Верховное Командование утратило к планете интерес, и лишь отдельные энтузиасты на свой страх и риск продолжали посещать эту систему, но на их слова никто не обращал внимания. Среди них был и капитан В'Тан из Дома Хантар… Он говорил: этот народ отважен, беспощаден к врагам и щедр с друзьями. Он не только заселили свою систему, но и освоили варп. Они могут быть верными друзьями или опасными врагами, и выбор – за нами. И еще он считал, что нам следует прекратить войну с Андорией, ибо новая сила грозит изменить всю Галактику. Сперва над ним смеялись. Потом поносили. Затем, когда он снова призвал к миру и напомнил о клятве, данной Варису – его изгнали.Тогда В'Тан, взяв с собой своих друзей, беременную жену и маленькую дочь, отправился на планету расы, о которой он говорил…
Три дня спустя, двадцать второго мая две тысячи девяностого года по имперскому календарю, В'Тан, преклонив колено перед троном Терры, протянул императору Феликсу свой меч и произнес:
- Я – В'Тан из Дома Хантар, вулканец. Изгнанный своим народом, я пришел к тебе и предлагаю свою службу и верность.
Император принял его службу, и В'Тан сдержал свою клятву, став одним из лучших капитанов Имперского флота, не отступивший даже тогда, когда Империя вступила в войну с Вулканом. Следуя всегда девизу Дома, в одном из последних боев той войны он был тяжело ранен, и рана эта оказалась смертельной…
Сувок снова замолчал, на этот раз – надолго. Наконец, отложив точильный камень, он продолжил:
- Они все-таки привезли его на Терру. Когда мы втроем вошли в его палату, отец велел сестре и матери выйти и сказал мне: «Времени осталось мало, поэтому я скажу тебе только одно: возьми меч Дома Хантар, и пусть в твоей руке он служит Империи столь же верно, как и в моей», и протянул мне меч. Взяв его, да поклялся, что буду верой и правдой служить Империи, но останусь вулканцем и направлю все свои дела на благо Вулкана, и отец сказал на это: «Хорошо. Теперь позови женщин, мое время истекает»…
Я поступил в вулканское военное училище, поступил на службу в МАКО, и всегда меч оставался со мной. Кто-то находил это странным, кто-то - нет, но мне не было до этого дела... Когда начался Ромуланский крестовый поход, я командовал взводом на «Дискавери». Однажды, после тяжелого боя на планете, я сидел у себя и точно так же, как сейчас, точил меч. Неожиданно ко мне зашел капитан нашей роты, Шран, и задал странный вопрос: «Сувок, - сказал он, - скажи, почему ты всегда рвешься в бой и никогда не думаешь о себе? Может, ты считаешь себя бессмертным?» Сперва я не знал, что и сказть, а потом ответил так: «вместе с этим мечом я получил от отца и его службу, и я поклялся, что буду нести ее так же, как и он. Солдатская жизнь коротка, и если завтра я погибну, кто выполнит за меня эту клятву?» Шран на это ответил, что я говорю в точности, как человек, и я сказал ему, что провел детство на Терре. Он лишь кивнул – не мне, каким-то своим мыслям – и ушел. А вскоре мы атаковали ромуланскую станцию слежения, и капитан приказал роте соблюдать осторожность. Вспомнив недавний разговор, я ответил: «Служи Империи сегодня – завтра ты можешь умереть». Мой взвод был на острие удара, и мы потеряли многих, а сам я был ранен – но и меч не остался без дела, когда мы сошлись с ромуланцами врукопашную…
Сувок опять замолчал, тщательно протер меч и поднес его к свету, любуясь.
- Тогда, после этого боя, я сделал на мече вторую надпись – мой собственный девиз. Когда-нибудь он станет моей эпитафией…
Две надписи по узкому, чуть изогнутому обоюдоострому клинку, разделенные толщиной металла – и двумя тысячами лет. Два закона Дома Хантар.
Убивай ради защиты живых и в отмщение за мертвых.
Служи Империи сегодня – завтра ты можешь умереть.

Дни складывались в недели, а те – в месяцы. Почти год "Энтерпрайз" рыскал в Дельфийской Туманности, охотясь за зиндийским сверхоружием. Почти год зинди ускользали от терран. До цели все еще было далеко, хотя крейсер и сорвал врагам все сроки – строительство никак не удавалось закончить.
Тому имелось несколько причин. Во-первых, налеты "Энтерпрайза" мешали зинди работать, заставляя таскать недостроенный корпус с верфи на верфь. Дело это было долгое и опасное – Арчеру однажды удалось изрядно потрепать такой караван, а еще пару раз – навредить по мелочи. Во-вторых, и раньше далеко не всех в Туманности устраивали зинди, а с появлением терранских кораблей и в особенности "Энтерпрайза", мятежи просто рвали на части зиндийские владения. В-третьих же, разумеется, "Энтерпрайз" не пропускал ни единого транспорта, до которого мог добраться...
Сидя на мостике, капитан Арчер созерцал изрядно надоевший космос и размышлял о невезении. Последняя неделя действительно была неудачной – поймать одиночного торговца не удавалось, запасы таяли, а сулибане молчали. То ли не знали, куда перевели "разрушитель", то ли набивали цену. Арчер склонялся ко второму варианту, но ни денег, ни добычи на него не было. Пока.
- Коммандер! У вас имеются какие-то полезные идеи?
- В двух световых годах отсюда находится шахтерская колония зинди. Правда, она не имеет большого значения для их экономики...
- Но и защищена слабо, не так ли?
- Один корвет, – кивнула Т'Пол, – и наземная фазерная батарея.
- Превосходно. Курс проложен?
- Да.
- Трэвис, полный вперед!

Крейсер вышел из варпа на минимальном расстоянии от планеты и немедленно атаковал корвет. Три торпеды буквально распылили корабль, и "Энтерпрайз" открыл огонь по наземным батареям, коих почему-то оказалось две. Вернее, полторы, решил Арчер, глядя на кое-как собранную турель. Вот только стрелять она вполне могла, что немедленно и продемонстрировала...
"Энтерпрайз" содрогнулся, но щиты выдержали, и ответный залп заставил батарею умолкнуть. Вторая батарея была защищена куда лучше и просто так взрываться не собиралась.
У крейсера было двенадцать минут до ухода за горизонт, и лейтенант Рид использовал
их по максимуму.
Две торпеды почти одновременно достигли планеты и взорвались в полукилометре от батареи. Взрывы разрушили кабельный канал и обесточили генераторы щитов. Фазерный залп не нанес особых повреждений капониру, но лишил батарею постов наведения. Ослепшие пушки дали еще один залп и умолкли.
- Шаттлы пошли! – доложил со своего поста Шран.
- Прекрасно, – отозвался Арчер, – всем постам доложить о повреждениях. Прекрасная работа, мистер Рид, шестнадцать минут на все про все, и ни секундой больше.
Повреждения оказались на редкость легкими – всего лишь несколько ожогов корпуса, а отчеты десанта – вполне оптимистичными, и капитан позволил себе расслабиться.
Повезло...

Им повезло не только с атакой. И не только с призом – в базе данных крохотного космодрома нашелся комплект звездных карт, явственно не предназначавшийся для терран. Расшифровав их, Хоши позвала капитана и старпома:
- Аванпост меньше, чем в световом годе от нас. Если мы его выбьем...
- То флот получит отличную возможность зайти им в тыл, – закончил Арчер, – есть возражения?
- Капитан, мы не имеем никакой информации о составе пикета в системе. Собственно, мы вообще не имеем никакой информации, кроме самого факта наличия поста.
- Ну, бросаться, очертя голову, я не собираюсь, – капитан увеличил изображение, – для начала посмотрим, что там такое.
- И как вы собираетесь это сделать? – приподняла бровь Т' Пол.
- У меня есть некоторые соображения, но пока что весьма сырые, – Арчер качнул головой, – обсудим их на совещании, в шесть часов. Жду всех старших офицеров.

- Бортовой журнал, пятнадцатое сентября две тысячи сто пятьдесят седьмого года, совещание командиров подразделений. Энсин Сато, докладывайте, – произнес Арчер.
- Среди трофеев, захваченных на планете, находится комплект звездных карт, – начала Хоши, – на которых отмечено расположение баз зинди. Одна из них, ранее неизвестная, находится менее, чем в световом годе от нашей текущей позиции. Уничтожение этой базы позволило бы флоту проникнуть в тыл противника.
Хоши закончила доклад и посмотрела на капитана. Тот кивнул ей и стал излагать свою идею:
- В нашем положении наиболее разумным вариантом представляется пройти через систему по баллистической траектории, ведя разведку только пассивными средствами. Исходя из результатов, будем действовать дальше. Однако, план этот вызывает ряд вопросов.
Арчер поморщился – подобная канцелярщина ему никогда не нравилась, но... Бортжурнал абы как не заполняют. И потому капитан продолжил:
- Коммандер Т'Пол, какую максимальную относительную скорость мы сможем развить?
- Апериодические кометы обычно имеют скорости относительно звезды до семидесяти километров в секунду. Двигаясь навстречу планете, мы увеличим скорость относительно нее, но заметно сократим время наблюдения. С учетом всех факторов такой полет займет не менее двух месяцев. Это неприемлемо.
- Согласен, – хмуро кивнул капитан, прощаясь с идеей, – энсин Гейла?
- Да, сэр?
- С какого расстояния мы сможем получить приемлемое изображение поверхности планеты?
- Десять-пятнадцать миллионов километров. На максимальной импульсной скорости.
- Благодарю. Энсин Драганов, рассчитайте оптимальную траекторию пролета.
- Есть, сэр.
- Коммандер Такер, импульсные двигатели готовы к такой нагрузке?
- Так точно, сэр. Разрешите внести предложение?
- Разумеется.
- Мы можем разогнать корабль до максимальной скорости, а затем выключить двигатели. Даже если нас засекут, время для маневра у нас останется при любом раскладе.
- Принимаю. Итак, подготовка начинается немедленно. Все свободны. Компьютер, стоп.
Поднявшись, Арчер добавил:
- Всем спасибо, друзья. А теперь – за работу!

Семнадцать часов спустя "Энтерпрайз" вышел из варпа на окраине безымянной системы. Последняя короткая проверка – и корабль начинает разгон. Время тянется, словно густая
патока, скорость растет безумно медленно – вернее, так кажется... На самом деле она ежесекундно прибавляет три километра в секунду, но все равно это дело нескольких часов. А ждать, как известно, хуже всего...
Наконец, заглушив двигатели, "Энтерпрайз" тенью мчится через систему. Гейла замерла у пульта, готовая включить активные сенсоры и почти тотчас же их отключить. Трип держит руку на пускателе варп-двигателей – все команды введены, и на запуск уйдут секунды...
- Есть данные с пассивных сенсоров, – сообщает орионка, – включение активных через одиннадцать минут.
Время уже не тянется – летит стрелой. Последние секунды ожидания, щелчок переключателя...
- Господи!.. – Гейлу можно понять – два дивизиона тяжелых крейсеров трудно назвать приятным сюрпризом. Особенно если все четверо гонятся за тобой…
Вряд ли это было засадой: судя по курсу противника, они не ожидали увидеть терранский корабль. Но и упускать его они не собирались... "Энтерпрайз", разумеется, немедленно нырнул в варп, но зинди отставать явно не желали...
- Минута до радиуса фазеров, – сообщил Рид. Капитан кивнул:
- Открывайте огонь по готовности.
Спустя несколько секунд "Энтерпрайз" содрогнулся от первого попадания. Ответный залп всех шести фазеров оторвал вражескому крейсеру варп-гондолу, и Малькольм тут же добавил торпедный залп, добив корабль. Минус один, отрешенно подумал Арчер... И в этот момент в "Энтерпрайз" попали всерьез...
Крейсер дернулся, словно получил пинка от великана, взвыли сирены, рулевой чуть не вылетел из кресла.
- Повреждения!
- Разгерметизация на второй палубе – отсеки три, пять, семь полностью, девятый – частично. Утечка атмосферы в первом отсеке. Уничтожен основной радар наведения фазера-шесть. Выведен из строя запасной циркуляционный насос системы регенерации. Пятеро легкораненых, – немедленно доложила Т'Пол.
Новый залп, еще один враг теряет атмосферу, но скорости не снижает. Ответные залпы оставляют в борту "Энтерпрайза" еще одну пробоину, вскрыв инженерный отсек...
- Трип, что у вас?
- Пробоина в корпусе, декомпрессия, трое убито.
- Тактик, что с орудиями?
- Правый кормовой аппарат поврежден, левый исправен.
Еще одно удачное попадание, врагов остается двое. А затем...
Торпеда взорвалась под самым мостиком. Страшный удар сорвал с креплений капитанское кресло, превратил в осколки половину пультов – и оставил корабль без управления на сорок одну секунду.
Впрочем, это станет известно потом. А сейчас Т'Пол отчаянно пытается оживить хотя бы аварийное управление, не замечая боли в сломанных ребрах и прокушенной губе...
- Санитаров на мостик! Всем постам – доклад о повреждениях!
На экране появились схема, и вулканка снова закусила губу. Большая часть схемы была красной... А значит, выход только один.
- Трип, заглуши реактор. Рид, готовьте залп по двум целям из всего, что осталось. Приготовиться к абордажу!
Потерявший ускорение звездолет казался легкой добычей, но зинди не спешили добивать его. Мало ли что, вдруг капитан в самый неподходящий момент взорвет реактор… Нет, сначала нужно высадить солдат, а для этого придется подойти поближе… Что и требовалось терранам.
Зная зиндийскую привычку телепортировать на борт подбитого корабля абордажную партию, а так же радиус действия их транспортеров, Т’Пол рассчитывала подманить врага на дистанцию кинжального огня, и ей это удалось. Корабли застыли на расстоянии сотни километров от «Энтерпрайза» – один перед крейсером, второй справа.
- Выброс энергии! – доложила Гейла, – подтверждаю телепортацию!
Одновременно с этим в интеркоме раздался голос Хейса:
- Противник на борту, вступили в бой.
Еще несколько секунд… Сейчас. Только бы Рид не подвел…
- Пора!
Рид не подвел. Со ста километров промахнуться было мудрено – но не в том случае, когда системы наведения практически не работали. Тем не менее, залп пяти фазеров и серия из трех залпов носовых торпедных аппаратов свое дело сделали – оба крейсера весьма эффектно взорвались. Даже слишком эффектно, отрешенно подумала Т’Пол, когда на мониторе состояния прибавилось красного, радиационного ожога корпуса нам только не хватало для полного счастья… Впрочем, это уже мелочи.
- Ложимся в дрейф, – приказала вулканка, – всем службам – немедленно приступить к ликвидации повреждений. Трэвис, мостик ваш, если что-то случится – я в медотсеке.

- Готово, – сестра Габриэль закрепила повязку, – вам повезло, коммандер. Конечно, два ребра сломать – небольшая радость, да только все могло быть и хуже. Видели же, как капитана приложило?
- Благодарю вас, – вулканка принялась одеваться, – доктор Флокс свободен?
- Да, сейчас работает доктор Кирк…
- Так пригласите его сюда, – Т'Пол поморщилась – не столько от боли, сколько от типично галльской болтливости медсестры.
- Сию секунду!
- Хотели меня видеть, мэм? – появившийся в дверях денобуланин выглядел не лучшим образом.
- Каковы наши потери?
- Ну, могло быть и больше. Двадцать два человека убиты, еще двое или трое, боюсь, скоро к ним присоединятся. Это, в основном, МАКО… Пятнадцать тяжелораненых, но они стабильны. Ну а легкие ранения почти у всех.
- Что с капитаном?
- Сотрясение мозга, контузия, множество ушибов. Несколько дней он пробудет без сознания, – пожал плечами врач, – но ничего более серьезного…
Все это время он почему-то упорно отводил глаза, и Т’Пол это не нравилось, и сильно.
- Кто из пехотинцев погиб? – спросила она.
- Да я ведь их и не знаю почти, – ответил Флокс, – да и мне, простите, не до мертвых.
Мне бы живых на этом свете удержать… Я могу быть свободным?
- Да.
Проводив его взглядом, вулканка поднялась и подошла к ряду носилок у переборки. Люди и не-люди, звездолетчики и десантники. Воины… У одного из тел она остановилась, осторожно приподняла покрывало… и только чудовищным усилием удержалась от того, чтобы рухнуть рядом.
Сувок... Брат… Бронежилет раздроблен на мелкие осколки, разлохмаченная форма пропиталась кровью, рука сжимает меч…
Т'Пол не знала, сколько она простояла вот так, слепо вглядываясь в мертвое лицо. Может, секунду, может – час. Затем медленно опустилась на колени, осторожно разжала пальцы и забрала окровавленный меч дома Хантар.

Истерзанный звездолет зализывает раны, но сейчас бесконечный шум смолк – экипаж собрался у шлюза – и живые, и мертвые. Капитан – в медотсеке, еще без сознания, и Т'Пол, глядя перед собой пустыми глазами, медленно произносит:
- Так как эти люди, наши товарищи, встретили свою судьбу между миром и миром, и нет земли, что могла бы принять их, мы вверяем их тела глубинам Космоса, дабы странствовали они в бесконечности, покуда не вернется Спаситель, дабы призвать к суду всех живших…
Чужие слова, чужой язык… Ее народ. Люди, вулканцы, андорианец… Сувок… Ты так хотел разделить славу своей сестры, Сувок, сын Т'Лес из Дома Хантар, и ты ее получил – да только не сможешь ей насладится…
…Вошедшее в поговорку вулканское спокойствие отказало, едва закрылась дверь каюты. Забравшись с ногами на койку, Т'Пол уткнулась лбом в колени. Молча. Ничего не воспринимая, не заметив даже, как в каюту вошел Трип. Вошел, тихо сел рядом и осторожно обнял. Вулканка подняла голову, несколько секунд смотрела на него, а затем, уткнувшись в плечо любовника, тихо заплакала…
Наконец, выплакавшись, она забылась тяжелым сном, а Такер так и сидел рядом, баюкая ее, словно ребенка.
Утро не принесло облегчения, но, во всяком случае, позволило загрузить себя работой и хоть немного отвлечься. Уже выйдя из каюты, Т'Пол замерла на пороге, развернулась и взяла лежавшие на койке ножны с мечом брата. Вытянула клинок, несколько секунд смотрела в него, словно в зеркало, затем вернула его в ножны. Мгновение поколебавшись, вулканка вздохнула и застегнула пояс. Отныне она никогда не расстанется с мечом своего Дома…

Один корабль может прорваться там, где бессильны целые флоты. Но какой ценой…
Слишком много пустых мест было за этим столом. Слишком многие остались там, в глубинах Дельфийского пространства. Слишком горькое вино поднесла им жизнь… И все же – победа. И они вернулись, чтобы собраться здесь, за этим столом… Впрочем, хватит. К делу, капитан.
- Энсин Гейла?
- Да, ваша милость?
- Вы ведь знаете обычай?..
- Конечно… - смущенная орионка, на груди которой сверкал Крест Победы, подняла свой бокал и провозгласила:
- За Императора!
- За Императора! – хором отозвался экипаж «Энтерпрайза».
Капитан Джонатан Арчер, рыцарь, кавалер Ордена Империи и Креста Победы, медленно поворачивал свой бокал. Темно-красное вино балканских виноградников было похоже на кровь. Слишком похоже…
...Двадцать пять тел. МАКО. Люди и вулканцы. Неполная рота, почти треть всего десантного отряда. Стоил зиндийский космопорт таких потерь? Да, стоил – без него их проект сверхоружия практически остановится, но от этого не легче. Двадцать пять могил в чужой земле. Спите спокойно, братья…
Воспоминания капитана прервал голос Такера:
- Ваша очередь, сэр…
- Я не буду восхвалять вашу доблесть, - поднялся Арчер, - ваши дела говорят за себя сами. Я хочу напомнить о цене, которую мы заплатили за эту побед у. О тех, кого нет здесь, кто остался в чужой земле или в глубинах космоса. Это их триумф, но их нет с нами, чтобы разделить его… Помните о них, - на секунду Арчер запнулся, а затем закончил, словно перед боем, - братья и сестры.
Обычное для Звездного Флота обращение заставило вздрогнуть Т'Пол, сидевшую по правую руку капитана. Вскинув глаза, вулканка поймала взгляд Такера. Всего на мгновение, но его хватило, чтобы понять – они вновь переживают одно и тоже…
…Истерзанный звездолет зализывает раны, но сейчас бесконечный шум смолк – экипаж собрался у шлюза – и живые, и мертвые. Капитан – в медотсеке, еще без сознания, и
Т'Пол, глядя перед собой пустыми глазами, медленно произносит:
- Так как эти люди, наши товарищи, встретили свою судьбу между миром и миром, и нет земли, что могла бы принять их, мы вверяем их тела глубинам Космоса, дабы странствовали они в бесконечности, покуда не вернется Спаситель, дабы призвать к суду всех живших…
Чужие слова, чужой язык… Ее народ. Люди, вулканцы, андорианец… Сувок… Ты так хотел разделить славу своей сестры, Сувок, сын Т'Лес из Дома Хантар, и ты ее получил – да только не сможешь ей насладится…
…Вошедшее в поговорку вулканское спокойствие отказало, едва закрылась дверь каюты. Забравшись с ногами на койку, Т'Пол уткнулась лбом в колени. Молча. Ничего не воспринимая, не заметив даже, как в каюту вошел Трип. Вошел, тихо сел рядом и осторожно обнял. Вулканка подняла голову, несколько секунд смотрела на него, а затем, уткнувшись в плечо любовника, тихо заплакала…
… Вулканка тряхнула головой: сейчас не время для воспоминаний – пора говорить ей.
- Я полагаю, что будет логично напомнить – наш триумф стал возможен только благодаря кораблю. И тем более логичным будет поднять бокалы за тех, кто сделал этот триумф возможным – за инженеров и рабочих земных верфей, создавших «Энтерпрайз».
Ее слова были встречены всеобщим одобрением, и Т'Пол едва удержалась от вздоха облегчения – она не любила выступать с речами, пусть даже и с тостами, но обычай требовал этого, и не подчиниться ему было просто глупо…

Выйдя на галерею, Арчер снял фуражку, подставляя лицо налетевшему с моря ветру. Два года. Два года назад он тоже стоял здесь – на рассвете, ожидая, когда прибудет челнок. Сейчас же был вечер, и в сгущающихся сумерках капитан заметил фигуру в белом мундире у самых перил.
- Не помешаю… Боже, Эрика! Рад тебя видеть. Безумно рад.
- Взаимно, - капитан Эрика Эрнандес улыбнулась, - знаешь, я боялась, что мы больше не встретимся. Нам тоже скучать не пришлось…
Достав из кармана сигареты, Эрика с наслаждением затянулась. Кожа на руках странно поблескивала, и женщина, не дожидаясь вопросов, заговорила:
- Терра Нова, Джонатан… Прямое попадание в мостик… Не знаю, как «Колумбия» уцелела. Но моей заслуги в этом нет – я потеряла сознание почти сразу… к счастью. Мостик выгорел к чертям, когда только успел, половина вахты погибла сразу, старшего помощника только недавно вывели из комы, а я осталась без обеих кистей… И это еще удача. Вот в госпитале я и начала курить…
- Что же тогда неудача?
- Неудача – если бы нам не удалось отбросить зинди. А мы их все-таки отбросили – с шестью кораблями против десяти. Из которых у них осталось только три… – она замолчала, снова затягиваясь.
- Знаешь, я думаю, «Колумбию» спишут,- вздохнула Эрика, выбрасывая окурок, - тогда мне достанется трофейный крейсер приматов.
- Вы заставили зиндийский корабль сдаться? – поразился Арчер.
- Два, - Эрнандес продемонстрировала два пальца, - целых два. Сама не верю, но факт… Кстати, можно я присоединюсь к вашему банкету?
- Конечно. Пойдем, - Арчер протянул ей руку, - нас ждут…

…Рыжее небо. Охристый песок. Серый камень надгробия. Белый мундир. Т'Пол стоит на коленях перед камнем, тяжело опираясь на меч, вглядываясь в прихотливую вязь эпитафии.
«Сувок, сын Т'Лес из Дома Хантар. Служи Империи сегодня – завтра ты можешь умереть.»
- Сувок… - словно он может услышать, мелькнула непрошенная мысль. Мелькнула и исчезла, и вулканка заговорила:
- Сувок… Брат мой… Ты знал, куда привет тебя этот путь. Ты был готов к этому… А я – нет. Брат мой, что скажу я Т'Хен? Что не смогла уберечь тебя? Но кто смог бы? Ты хотел
славы, ты рвался в бой, как немногие из нашего народа – и вот, у тебя нет даже могилы, твой прах скитается между звезд… Ты помнишь тот день, Сувок, когда мы узнали, что наша мать убита сепаратистами? Ты сказал: «Теперь это МОЙ дом», и я никогда не слышала такого отчаяния в голосе. И все же ты не дал мне утонуть в моем горе, брат мой… Ты был младше меня на целых десять лет – но с каким наслаждением я уступила бы свое первородство тебе – ведь ты всегда был и мудрее, и отважнее… Когда Т'Хен просила: «Береги себя», ты ответил: «Что мне моя жизнь, если мы проиграем? Империя будет уничтожена, и лучше мне умереть прежде – или купить победу за свою жизнь». В этом – весь ты, брат мой… Ты был готов на все ради тех, кого любил. И ты пошел до конца… Тогда, перед боем, я сказала тебе: «Береги себя, Сувок», но ты лишь усмехнулся, ответив: «Служи Империи сегодня – завтра ты можешь умереть». А потом вдруг перестал улыбаться и добавил: «Береги себя, сестренка». Ты знал, что я не люблю этого обращения, но тебе нравилось меня дразнить… А потом тебя принесли в медотсек. И я сама взяла из твоих рук меч, с которым ты не расставался. Ты сражался до последнего, брат мой, и ты -именно ты – остановил абордажную команду зинди. Ты как-то сказал мне: «О чем я мечтаю – только вернуться домой. К Т'Хен. Быть с ней. Ввести ее в наш дом. Ты ведь примешь ее, сестра?» И вот – даже мертвым ты не вернулся… Что скажу я твоей возлюбленной, брат мой? Как взгляну ей в глаза? Но ты не ответишь, брат мой… Разве только в конце времен, когда, как верят земляне, их бог пошлет своего сына судить и воздавать… Прощай, брат мой. Я – последняя из Дома Хантар, и меч нашего рода принадлежит мне. Прости меня, брат мой, за то, что будет сделано и за то, что не успел простить прежде, Сувок, брат мой…
Т'Пол поднялась, вырвав меч из песка, провела по клинку ладонью и убрала в ножны. Бросила последний взгляд на надгробие и обернулась к ждавшему ее Такеру.
- Дай мне мою шпагу, - попросила она.
Приняв оружие, вулканка несколько секунд любовалась им, а затем вонзила клинок в землю у самого надгробия, прошептав: «Вот достойный тебя памятник, брат…». Еще один быстрый взгляд – и Т’Пол отворачивается, теперь уже окончательно.
- Пойдем, Трип, - тихо позвала она…
…Дом встретил их той особой пустотой, какая бывает в доме, где давно не было хозяина. Открыв дверь, Т'Пол задержалась на пороге, а затем обернулась к своему спутнику со словами:
- Переступи порог, Чарльз Такер из Дома Хантар. Теперь это твой дом, Трип…

Продолжение следует.

@темы: Трек и треккеры, написанное